Михаэль Шумахер: воспоминание. Часть 1.

 Михаэль Шумахер: воспоминание. Часть 1.

Источник фото: Twitter — Михаэль Шумахер

7 сентября 1996 года.

Почему я самый преданный поклонник Михаэля Шумахера?

Так думает, пожалуй, каждый человек, который болел за легенду автоспорта в форме «Феррари». У каждого лучшего болельщика Михаэля есть история, как он начал болеть за немецкого пилота – пожалуй, и мне пришло время рассказать свою. Много времени утекло уже и с трагического инцидента конца декабря 2013 года, когда Михаэль безвозвратно утратил свое здоровье. Тем не менее, в моей памяти Михаэль Шумахер всегда остается чемпионом.

Это началось в 1996 году. К Формуле-1 меня приучал отец, который, к слову, до сих пор смотрит каждую гонку и плюется, иногда в прямом смысле. Помнится, он лежал в небольшой комнате, со слезшими обоями – тогда мы только планировали ремонт. То было непростое время в непростые девяностые и нельзя сказать, что детство изобиловало фейерверками. Родители работали из последних сил, и только сейчас я понимаю, каких сил стоило удержаться в лодке корабля под названием «жизнь» в такое штормовое для страны время.

Он был уставший, я помню это точно. Но он садился всегда по выходным и смотрел гонки, которые комментировали какие-то незнакомые мне мужчины. Одним из таких людей был Алексей Попов, тогда ему было слегка за двадцать, я же еще не пошел в первый класс школы. Я помню, это была Монца – это понял позднее, вспоминая саму трассу и окрестности. Гран-при Италии 1996 года стала первой гонкой, которую я сознательно посмотрел в своей жизни.

Да, пожалуй, это было именно так. Италия. Думаю, действительно, я осознанно стал смотреть Формулу-1, начиная с Монцы, по крайней мере, точно помню первый сектор, и я помню Оливье Паниса. В детстве меня смешило его имя, ассоциировалось с известным всем новогодним салатом, и я пытался понять, как человека можно назвать в честь салата. Впрочем, тогда еще я не слышал о Мике Сало, вероятно, фамилия финского пилота могла поставить детский разум в еще более затруднительное положение.

Помню, я спросил отца – «это гонка?»

Отец мне ответил «нет, это квалификация».

Забавно вспоминать, но почему-то тогда, в детстве, я никак не мог понять, зачем нужна квалификация. Меня больше всего удивляло, почему пилоты не ездят друг за другом, почему они не гоняются. Отец объяснил, что гонка должна с чего-то начинаться, и пилоты не могут выезжать параллельно друг другу. Мне это показалось логичным. Отец также пояснил, что пилоты в квалификации разбираются, кто быстрее друг друга, чтобы потом в гонке попробовать опровергнуть этот порядок. Я осознал, хотя это пришло ко мне, наверное, уже в 1997 году – что пилоты соревнуются, кто быстрее покажет время, но это пока еще не гонка. Гонка будет на следующий день.

Телевизор был хороший, марки «Сони», но с небольшой диагональю. Тогда у меня было 100% зрение, пока еще да – и я наблюдал снизу, телевизор стоял на небольшой тумбе сверху. Я будто смотрел на большую гору с черной коробкой наверху. Над кроватью висела тогда небольшая…до сих пор не знаю, как называются такие штуки. Бра? В общем, это был светильник, который едва светил. В комнате все равно висела темнота, отец уже сидел в стороне и пил какой-то довольно крепкий напиток, смотря квалификацию, а я смотрел снизу вверх, всматриваясь в диагональ, и…помню, я пытался поймать момент, как они входят в «Curva Grande» до «Roggia», и каждый раз проносятся по небольшому овалу. Меня интересовало, в какой момент они поворачивают руль, именно та секунда, точка излома с прямой линии на поворот.

И вот тогда я задал, наверное, самый важный вопрос в своей жизни:

— Пап, а кто тут самый лучший?

Я точно употребил слово «лучший», а не «сильный», потому что мне хотелось узнать, кто Лучший пилот, а не у кого Лучшая машина. Да, я уже тогда знал, что машины бывают быстрые и медленные, и не всегда все зависит от пилота.

Отец замолчал. Через некоторую паузу:

— Михаэль Шумахер.

— Ты за него болеешь?

Глоток. Вздох. Глоток. Кресло.

— Да, за него.

— А почему?

Отец сказал тогда очень простую фразу, которая мне навсегда вбилась в голову.

— Потому что он немец, хорошо выглядит и очень быстро ездит, к тому же у него чемпионский характер. Мне кажется, он нормальный мужик.

С тех пор я больше не управлял своей судьбой. Я был обречен смотреть Формулу-1 и болеть за Михаэля Шумахера.

Часть 2 вы можете прочитать здесь.

Источник: simplyformula.ru

Simply